Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Специфика познавательного отношения человека к миру и формы его реализации




 

Отношение — это способ бытия объектов (процессов, явлении) как взаимообусловленных и взаимосвязанных. Взаимосвязанность (взаимосвязь) — это отношение, при котором наличие, отсутствие или изменение одних объектов является условием наличия, отсут­ствия или изменения других, при том, что события во второй группе объектов вызывают изменения в первой группе. Эта общая характе­ристика взаимосвязи конкретизируется посредством понятия "дей­ствие", выражающего формы взаимосвязи объектов, при которых из­менения одних объектов направлены на изменение других. Резуль­таты направленного и обратного (ответного) действия несимметричны (неодинаковы), на основании чего носитель направленного действия сохраняет свое качество в течение определенного периода и, соответ­ственно, способность проявлять активность в виде направленных действий. Эта способность присуща всем живым системам и наибо­лее развита у людей.

Выделяют несколько основных типов отношения человека к ок­ружающему его миру вещей, явлений, процессов соответственно тому, на что направлена его активность и какой она имеет характер.

Практическое (практически-преобразовательное) — это отноше­ние, в котором активность человека направлена на преобразование природного (естественного) вещества с целью придать ему форму, обеспечивающую возможность его непосредственного потребления, а также на изменение социальной реальности. Нередко данное отно­шение квалифицируют как потребительское или утилитарно-праг­матическое. Это не вполне корректно, поскольку специфика после­дних не определяется направленностью на преобразование реально­сти. Определенную часть природного вещества люди потребляют и в естественном (непреобразованном иди минимально преобразован­ном) виде: атмосферный воздух, питьевая вода, некоторые виды рас­тений, их плоды и т.д.

Ценностное — это отношение, в котором активность человека направлена на формирование и поддержание понимания значимости объектов, явлений и процессов окружающей реальности для его жизнедеятельности. В частности, понимания природы как источни­ка материальных благ и объекта, способного удовлетворять эстети­ческую (чувственную) потребность в прекрасном.

Охранительное — это отношение, в котором активность человека направлена на поддержание стабильности природных и социальных систем и ограничение негативных последствий природопользования. Оно представляет собой разновидность практического и одновременно ценностного отношения.

Познавательное — это отношение, в котором активность чело­века направлена на адекватное воспроизведение природной, соци­альной и духовной реальности в форме знаний. В рамках данного отношения устанавливается существование объектов (явлений, про­цессов), определяются их свойства, характер взаимоотношений и вза­имодействий с другими объектами.

В реальной жизнедеятельности человека выделенные типы отно­шений осуществляются взаимосвязанно, дополняя и усиливая друг друга. Нет познавательных действий, так или иначе не связанных с практическими. Понимание значимости объектов, процессов и явле­ний реальности для человека невозможно без определенных знаний о них и знаний о носителе ценностного отношения, т.е. о самом человеке. Тем не менее, цели, в соответствии с которыми выделяют основные типы отношений человека к миру, являются принципи­ально разнокачественными. Соответственно принципиальные отли­чия присущи и характеру его активных действий по отношению к объектам (процессам, явлениям) реальности. В частности, в рамках познавательного отношения к реальности практически-преобразо­вательные, оценочные, практически-охранительные цели и действия не имеют самодовлеющего значения и всецело подчинены домини­рующей .конечной цели — получить о ней достоверные знания. Сво­еобразие познавательного отношения к реальности можно иллюстрировать ссылкой на отмеченное еще Аристотелем "незаинтересо­ванное" познание мира, несвязанное с практическими задачами.

Познавательные действия человека, понимаемые как проявления его активности, направленной на духовное воспроизведение реально­сти в форме знаний, осуществляются в разнообразных формах. В их совокупности выделяют несколько ключевых форм чувственного и рационального познания. По утверждению некоторых авторов, дан­ные формы предпочтительнее квалифицировать как познавательные способности человека[1], поскольку формы чувственного познания вклю­чают элементы рациональной природы, а формы рационального по­знания — элементы чувственного характера. Одновременно предпо­лагается выделить формы абстрактного мышления как более специ­фические по сравнению с формами чувственного познания за счет того, что они полностью лишены чувственного содержания, и соотно­сить именно их (а не формы рационального познания) с чувствен­ным познанием. Тем не менее доминирующим является данное представление, так как согласно ему самое общее структурирование всей совокупности познавательных действий осуществляется путем выделения форм чувственного и рационального познания по таким критериям, как характер используемых познавательных средств, спе­цифика онтологического коррелята, общая направленность и специ­фика результата.

Чувственное познание — это познавательный процесс, который осуществляется посредством человеческих органов чувств: зрения, слуха, осязания, обоняния и вкуса. Его онтологическим коррелятом выступает сфера конкретных явлений, предметов, процессов как фраг­ментов реальности. Он направлен на отражение их специфических характеристик, что определяет особенности результата как чувствен­ного воспроизведения конкретных специфических характеристик фрагментов познаваемой реальности. Часто в философской литера­туре чувственное познание называют "живым созерцанием". В обыч­ном смысле "живое созерцание" — это зрительное восприятие ве­щей и явлений. В философском осмыслении оно является синони­мом чувственного познания и включает в себя четыре формы: ощущение, восприятие, представление и воображение.

Ощущение — это форма чувственного познания, результатом кото­рого является непосредственное отражение отдельных свойств предме­тов, воздействующих на органы чувств. Это элементарный психичес­кий познавательный процесс. Ощущением называют также результат этого процесса — воспроизведение человеком конфигурации, взаим­ного расположения предметов, их окраски, степени шероховатости поверхности, издаваемых ими звуков, запахов и т.д. Каждое ощуще­ние отражает какое-либо одно из свойств воздействующего на органы чувств объекта и существует только при непосредственном контакте данного объекта с человеком.

Восприятие — это форма чувственного познания, результатом которого является целостный образ, отражающий непосредственно воздействующие на органы чувств предметы, их свойства и отноше­ния. Восприятие, таким образом, сохраняет одну из главных харак­теристик ощущения — наличие непосредственного контакта с вос­принимаемым предметом, но трансформирует другую — отражение отдельных свойств воспринимаемого предмета в нем подчинено по­строению его целостного образа. В восприятии ведущую роль игра­ют те компоненты, которые обеспечивают постоянство (константность) образа воспринимаемого предмета, живого существа или какой-либо ситуации при изменении условий восприятия. В подавляющем боль­шинстве познавательных ситуаций, складывающихся в обыденной жизни, а также в контексте специализированных видов деятельности различные ощущения осуществляются одновременно и создают це­лостное восприятие предметов, хотя доля каждого из ощущений в общем объеме информации о предметах внешней реальности неоди­накова (зрительные ощущения составляют свыше 80%, слуховые — 7-8%, остальное приходится на долю осязания, обоняния и вкуса). Психические механизмы формирования восприятий обеспечивают взаимодействие в рамках этого процесса, с одной стороны, идущей от органов чувств оперативной информации, с другой — информации, воспроизводящей опыт прежних актов восприятия и их интеллек­туальной обработки. Поэтому восприятие называют "мыслящим живым созерцанием".

Представление — это форма чувственного познания, результа­том которого является целостный образ непосредственно не воспри­нимаемых предметов, их свойств и отношений. Представление со­храняет такую важную характеристику восприятия, как целостность образа познаваемого предмета, но его воспроизведение осуществля­ется не путем непосредственного контакта, а по памяти. Представ­ление поднимает познавательные возможности человека на чувствен­ном уровне на новую более высокую ступень, освобождая его от энер­гоемких и требующих больших затрат времени непосредственных контактов с познаваемыми предметами. Каждый нормальный чело­век способен представить себе (воспроизвести в представлении) минувшие события, запомнившиеся предметы, контактировавших с ним людей и т.д. Однако на этом пути неизбежны и существенные ин­формационные потери, обусловленные спецификой процессов запо­минания и забывания, значительными различиями в объеме опера­тивной и долгосрочной памяти у отдельных людей.

Воображение – это форма чувственного познания, результатом которого являются представления о предметах и ситуациях, кото­рые никогда не воспринимались человеком в действительности. Во­ображение отличается от представления фантазией, вымыслом, "опе­режающим отражением" человека. Прежде всего, в этом плане харак­терны представления о будущих и прошлых событиях. Однако предметом воображения могут быть и реально существующие вещи, процессы, явления, которые в познавательных целях можно предста­вить в таком виде, в каком в действительности они никогда не су­ществовали и не могут существовать. Например, вполне оправданно и естественно представлять детали создаваемых механических уст­ройств в виде идеальных геометрических фигур, хотя в действительно­сти полное совпадене невозможно. Воображение поставляет такие важные в научном познании представления, как идеальный газ, иде­альная паровая машина и другие, в техническом творчестве — пред­ставление о дороге, возникающей там, где ее касаются колеса автомо­биля, в экономической науке — представления об обмене товаров строго по их стоимости и т.д.

Рациональное познание — это познавательный процесс, который осуществляется посредством форм мысленной деятельности. Формы рационального познания имеют некоторые общие характеристики: во-первых, присущую всем им направленность на отражение общих свойств познаваемых предметов, процессов, явлений, в связи с чем можно утверждать, что в отличие от форм чувственного познания характер их онтологического коррелята (общие, а не специфические характеристики фрагментов реальности) обеспечивает выход позна­ния на более высокие сущностные уровни; во-вторых, связанное с этим отвлечение от их единичных свойств; в-третьих, опосредован­ное отношение к познаваемой реальности (через формы чувственного познания и используемые познавательные средства наблюдения, эк­спериментирования, обработки информации); в-четвертых, непосред­ственную связь с языком (язык является материальной оболочкой мысли).

К основным формам рационального познания традиционно от­носят логические формы мышления {понятие — как форма мысли, которая отражает предмет мысли в его общих и существенных признаках; суждение — как форма мысли, в которой посредством связи понятий что-либо утверждается или отрицается о предмете мысли; умозаключение — как форма мысли» посредством которой из одного или нескольких суждений выводится суждение, заключающее в себе новое знание).

Выделенные логические формы мышления относятся к основным, поскольку посредством их выражается содержание всего множества других форм рационального познания. В их числе поисковые формы знания (вопрос, проблема, задача, идея, гипотеза), формы системного выражения предметного знания (научный факт, закон, категория, принцип, теория, научная картина исследуемой реальности), а также формы нормативного знания (способ, метод, прием, алгоритм, про­грамма, идеалы и нормы познания, стиль научного мышления, позна­вательная традиция).

Взаимосвязь чувственных и рациональных форм познания не ограничивается отмеченной выше опосредующей функцией чувствен­ных форм по отношению, с одной стороны, к воспринимаемым объек­там и к формам рационального познания — с другой. Эта взаимо­связь имеет более сложный и динамичный характер: чувственные данные постоянно подвергаются обработке мысленным содержа­нием понятий, законов, принципов, научной картины исследуемой реальности, а рациональное знание структурируется под воздействием информации, идущей от органов чувств (особенно велико значение творческого воображения). В итоге формы и чувственного, и рацио­нального познания, как правило, связывают элементы разнородного характера. Поэтому их отнесенность к чувственному или рациональ­ному познанию определяется не рафинированной чистотой элемен­тов, а, скорее, доминированием их определенного типа и характером связей всех элементов. Значимость последнего критерия отражена и на терминологическом уровне, поскольку форма — это совокупность связей и отношений элементов, образующих фрагмент реальности, в дан­ном случае реальности духовного (когнитивного) характера. В этом плане формы и чувственного, и рационального познания представляют собой динамическое единство разнородных элементов.

Наиболее ярким проявлением динамического единства чувствен­ного и рационального в познании является интуиция. Процесс ра­ционального познания регулируется законами логики (прежде всего, законами тождества, непротиворечия, исключенного третьего и дос­таточного основания), а также правилами вывода следствий из посы­лок в умозаключениях. В определенном приближении оно может быть представлено как процесс дискурсивного (понятийно-логического) рассуждения — движения мышления по законам и правилам логики от одного понятия к другому в суждениях, соединения суж­дений в умозаключения, сопоставления понятий, суждений к умо­заключений в рамках процедуры доказательства и т.д. Этот процесс совершается сознательно и контролируется, т.е. познающий субъект осознает и обосновывает каждый шаг на пущ к конечному результату законами и правилами логики. Поэтому иногда его называют про­цессом логического познания или познанием в логической форме.

Вместе с тем рациональное познание не исчерпывается такого рода процессами. Наряду с ними оно включает в себя явления вне­запного достаточно полного и отчетливого постижения искомого результата (решения проблемы) при неосознанности и неподконт­рольности ведущих к нему путей. Такие явления называют интуи­цией. Ее нельзя "включить" или "выключить" сознательным воле­вым усилием. Это неожиданное озарение (инсайт — внутренняя вспышка), внезапное постижение истины.

До определенного времени такого рода явления считались таин­ственными, неподвластными логическому анализу и изучению науч­ными средствами. Однако их последующее научное исследование позволило, во-первых, выявить основные виды интуиции, во-вторых, представить ее как специфически познавательный процесс и особую форму познания. К основным видам интуиции относят чувствен­ную интуицию (быстрое отождествление, способность образования аналогий, творческое воображение и др.) и интеллектуальную ин­туицию, включающую ускоренное умозаключение, способность к син­тезу и оценке. Интуиция как специфический познавательный про­цесс и особая форма познания характеризуется выделением основ­ных этапов (периодов) данного процесса и описанием механизмов поиска решения на каждом из этих этапов. Первый этап (подгото­вительный период) — это этап преимущественно сознательной логи­ческой работы, связанной с постановкой проблемы и попытками ре­шить ее рациональными (логическими) средствами в рамках дис­курсивного рассуждения. Второй этап (период инкубации) — подсознательный анализ и выбор решения — начинается практи­чески одновременно с началом сознательной работы над решением проблемы и продолжается до момента интуитивного озарения со­знания готовым результатом. Основное средство поиска решения на данном этапе — подсознательный анализ, главным инструментом которого являются психические ассоциации (по сходству, по проти­воположности, по последовательности и др.), а также механизмы во­ображения, позволяющие представить проблему в новой системе из­мерений. Третий этап — внезапное озарение сознания готовым решением, инсайт, т.е. осознание результата, качественный скачок от незнания к знанию; то, что называют интуицией в отмеченном выше узком смысле. Четвертый этап — это сознательное упорядочение интуитивно полученных результатов, придание им логически строй­ной формы, установление логической цепи суждений и умозаключе­ний, приводящих к решению проблемы, определение места и роли результатов интуиции в системе накопленного знания.

К основным механизмам интуиции относятся: во-первых, нали­чие двух видов анализа проблемы (сознательного и подсознательного); во-вторых, неполнота сознательного анализа (если бы он охватил все содержание проблемы и возможные пути ее решения, то проблема была бы решена логическими средствами); в-третьих, параллельное прохождение сознательного и подсознательного анализа, их взаим­ное стимулирование друг друга; в-четвертых, стимулирующее воз­действие эмоциональной сферы человека, его сознания и самосозна­ния на процесс перехода результатов подсознательного анализа в сферу сознания, позволяющее быстрее преодолеть на этом пути три порога (эмоциональный, порог сознания и порог самосознания).

Таким образом, интуиция — это сложноструктурированный про­цесс, включающий как рациональные, так и чувственные элементы, что послужило основанием для отнесения ее к особой форме позна­ния. Продуктивная функция интуиции подтверждается большим количеством фактов из истории научного, технического и художе­ственного творчества. Вместе с тем необходимо отметить, что интуи­ция имеет свои недостатки, из-за которых интуитивно полученные решения далеко не всегда включаются в существующую систему знаний. Во-первых, для нее характерны отсутствие доказательности и связь со здравым смыслом; во-вторых, в силу первого обстоятельства она сама по себе без дополнительных эмпирических и теоретических аргументов недостаточна для построения и оценки научных теорий. Поэтому в целом развитие познания (особенно научного) идет по пути освобождения от интуитивно принимаемых положений, сведения их к логически выводимым утверждениям, уточнения и подтверждения их на основании данных опыта и накопленного теоретического знания.

1.2. Типология познавательной деятельности

Познавательная деятельность в своей основе представляет со­вокупность упорядоченных (систематизированных) познавательных действий, осуществляемых человеком в разнообразных конкретных ситуациях и видах деятельности. Последние не всегда непосредственно связаны с наукой. Познавательное действие при этом квалифициру­ется как проявление творческой активности человека, направленной на воспроизведение объектов {процессов, явлений) реальности, их свойств и отношений в форме знаний. По отношению к общему поня­тию "действие" специфику понятия “познавательное действие” со­ставляют признаки, характеризующие его направленность не на изме­нение, а на воспроизведение человеком других объектов, причем вос­произведение духовное, в форме знаний. Изменяется при этом не познаваемый объект» а совокупность представлений о нем, выработан­ных в ходе осуществления предшествующих познавательных действий.

Включенность познавательных действий в многообразные конк­ретные виды человеческой деятельности (производственную, худо­жественную, конструктивную медицинскую, военную, научную» др.) и их специфика в контексте этих видов, в частности, способы органи­зации познавательных действий послужили основанием для выде­ления их в особые типы познания. В числе таких типов называют игровое, практическое, мифологическое, религиозное, философское, художественное, обыденное, научное познание и др. Классифицируя многообразие зафиксированных таким образом типов, их содержа­ние дихотомически делят на вненаучное и научное познание.

Вненаучиае познание – это совокупность познавательных дей­ствий, включенных в конкретные виды человеческой деятельности, конечные цели которых качественно отличаются от целевой уста­новки познания. Это познавательные действия и процессы, происходя­щие в производственной, военной и любой другой деятельности, а также религиозном освоении мира. Эти виды деятельности вевозможны или малопродуктивны, если их познавательная составляю­щая не получила соответствующего развития (наиболее отчетливо это проявляется в практически-преобразующей деятельности).

Генетически исходной формой вненаучного познания является обыденное познание. Это форма познавательного освоения реально­сти, осуществляемого в русле неспециализированных или, как пра­вило, не отличающихся высокой степенью специализации конкрет­ных видов человеческой деятельности (поддержание необходимого санитарно-гигиенического и эстетического состояния жилья, приго­товление пищи, лечение в. уход за больными в нетяжелой форме и др.). Иные формы вненаучного познания представляют собой позна­вательное освоение реальности, осуществляемое в рамках специализированных видов человеческой деятельности (в производственной деятельности, осуществляемой на основе природных и традицион­ных технологий, в искусстве, религии, нравственно-этической сфере и др.)- Как уже упоминалось, их обычно называют практическим, художественным, религиозным познанием, т.е. в соответствии с на­званием конкретного вида человеческой деятельности.

Научное познание — это система познавательных действий, на­правленных на производство и теоретическую систематизацию зна­ний о природной, социальной и духовной реальности. 6 сравнении с видами вненаучного познания оно более автономно по отношению к другим видам человеческой деятельности, вплоть до наличия "неза­интересованного" познания. Вместе с тем этот тип познавательной деятельности испытывает постоянное воздействие со стороны вненауч­ного познания, что в ряде случаев создает нетривиальные проблемные ситуации в его развитии. Об этом, как и о специфике научного позна­ния в целом, более подробно будет сказано ниже. Здесь же необходимо дать более детальную характеристику вненаучного познания.

Выделяют достаточно широкий набор характеристик вненаучного познания: нечеткая выделенность предмета и средств исследования, ситуативность, невысокая степень общности и прогностичности ре­зультата и др. Однако далеко не каждая из них применима к любому из его типов. Например, мировоззренческие представления, вырабо­танные в искусстве и особенно в религии, чаще всего достаточно общи, глобальны или носят космический характер. Нередко они со­пряжены с детальной рефлексией над процессом их выработки.

Наиболее устойчивые параметры вненаучных познавательных действий связаны с их инфраструктурными характеристиками, преж­де всего с тем, что результаты и само осуществление этих действий не имеют самодовлеющего значения. Они всецело подчинены целям и задачам тех конкретных видов человеческой деятельности, в кото­рые они включены в качестве необходимых составляющих. Целевая подчиненность вненаучных познавательных действий, их производ­ный характер и "сервисное" функционирование — таковы их устой­чивые инфраструктурные свойства. Наиболее значимое из них — целевая подчиненность.

Вненаучные познавательные действия настолько существуют и развиты в конкретных видах человеческой деятельности, насколько, во-первых, развиты они сами; во-вторых, насколько тесным и устой­чивым является их взаимодействие со сферой науки. Уникальным явлением в данном плане является предметно-практическая произ­водственная деятельность, почти все современные технологии, которые созданы на основе науки. Наименее отчетливо это взаимодей­ствие выражено в искусстве, где в некоторых жанрах и течениях периодически воспроизводятся картины как полной несовместимости, так и идейного тождества научных и эстетических принципов. По­стоянное внимание к науке со стороны религии, обусловленное в определенной мере и ее внутренними потребностями, наблюдалось во всех эпохах. Эволюция отношения — от оппозиции и апологетики прямолинейной подчиненности науки религии до обоснования ох­ранительных функций религии по отношению к науке.

Вместе с тем есть аспект, который сближал вненаучное и научное познания всегда. Это отношение их результата (полученного зна­ния) к реальности, характер которых (знания и отношения) был и остается предметом оживленной дискуссии в русле философско-методологического осмысления познавательной деятельности.

1.3. Специфика научного познания

Характеристика основных форм чувственного и рационального познания дает представление о том, что является общим для науч­ного и вненаучного познания. И в первом, и во втором случаях ис­пользуются как чувственные познавательные способности человека, так и его способности к абстрактному мышлению, а также способ­ность к интуитивному познанию. Во всех сферах человеческой дея­тельности, где осуществляются познавательные процессы, люди мыс­лят посредством логических форм (понятий, суждений, умозаклю­чений). Понятия "закон", "принцип", "гипотеза", "теория", "метод", "способ", "прием" и другие, наряду с научным имеют иные смыслы, в соответствии с которыми используются и в сфере вненаучного по­знания. Поэтому для характеристики особенностей научного позна­ния необходимо указать его специфические признаки. В их числе называют направленность человеческой творческой активности на производство достоверного знания (а не, например, товаров и услуг), четкую выделенность объекта и предмета исследования, использова­ние специализированного инструментария (в том числе методов), обеспечивающего воспроизводимость и контролируемость познава­тельных действий, обоснованность и системность изложения полу­ченного знания, прогностичность, а также специфический язык.

Исходными являются интенциональные особенности т.е. ха­рактер направленности осуществляемых познавательных действий. В идеале научное познание направлено исключительно на производ­ство и теоретическую систематизацию достоверного знания о природной, социальной и духовной реальности» нередко вне четких представ­лений о возможных сферах его вненаучного применения. Это общая целевая интенция (направленность) конкретизируется при выборе объекта и предмета исследования. В качестве объекта исследования выбирается достаточно четко выделенный фрагмент реальности, а если внутреннее разнообразие однотипных фрагментов, выбранных в» качестве объекта исследования велико, то на этапе объектогенеза осуществляются дополнительные действия интенционального харак­тера: из всей совокупности однотипных объектов по определенным критериям выбирается репрезентативный объект,

Интенциональная специфика научного познания проявляется также на этапе предметогенеза, поскольку в предстоящих исследо­ваниях предполагается изучать не все известные характеристики объекта, а лишь их определенную совокупность. Она по определен­ному набору причин интересует людей и составляет предмет науч­ного исследования — целостную совокупность устойчивых, взаимо­связанных характеристик объекта, интересующих исследователя.

В реальной научной работе ее направленность определяет также характер исследуемой проблемы, представляющей собой вопрос или целостный комплекс вопросов, посредством которых фиксируется достигнутый уровень изученности объекта (предмета) и определяется направление дальнейших исследований. Подчеркивая интенционально-регулирующее значение предмета и проблемы, говорят: "Нет бес­предметного и беспроблемного исследования". Предметность науч­ного познания наиболее четко контрастирует на фоне синкретичности (мозаичности, полипредметности) большинства познавательных процессов, осуществляемых в русле обыденного познания или в рам­ках специализированных видов человеческой деятельности. Неко­торое исключение составляют познавательные действия, включен­ные в предметно-практическую производственную деятельность, где они сопряжены с четко фиксированными свойствами объектов, а полученные в результате их осуществления знания составляют ког­нитивную основу производственных технологий.

Интенциональные особенности познавательных процессов в на­уке, в свою очередь, определяют специфику ряда компонентов науч­ного познания и в первую очередь его инструментария.

Использование исследовательского инструментария науки должно обеспечивать успешное решение поставленных проблем и тем са­мым приращение предметного знания об исследуемых объектах. Это достижимо при условии соответствия исследовательского инстру­ментария характеру объекта и предмета исследования, а также характеру изучаемой проблемы. Обеспечить это соответствие — наибо­лее сложная задача (степень трудности которой далеко не всегда адекватно оценивалась), поскольку исследовательский инструмента­рий необходимо адаптировать к недостаточно изученным (или вовсе неизвестным) свойствам и отношениям познаваемого объекта.

Выражение "исследовательский инструментарий науки" упот­ребляется в двух смыслах. Во-первых, для обозначения средств и методов исследования, когда в исследовательский инструментарий науки входят материальные (измерительные и наблюдательные при­боры, реактивы, пробные объекты, экспериментальные установки и др.) и идеальные (наглядные абстрактные конструкты, формализмы, математические исчисления и другие ненаглядные знаковые системы) средства, а также совокупность общелогических приемов и методов эмпирического и теоретического исследования. Во-вторых, данное выражение и стоящее за ним понятие соотносятся с более широкой совокупностью компонентов научной познавательной деятельности, границы которой не указываются достаточно четко, а лишь учиты­вается характер их инструментального функционирования» т.е. их использование в качестве средства приращения и систематизации знания. В этом случае в понятие "исследовательский инструмента­рий науки" наряду с отмеченными ранее средствами и методами включаются также формы знания, фиксирующие достигнутые ре­зультаты исследований (понятие, закон, принцип» гипотеза, теория и др.), а также формы предпосылочного знания (научная картина ис­следуемой реальности, идеалы и нормы исследования, философские основания науки, стиль научного мышления).

Исторически исходным был второй смысл, о чем свидетельствуют "Органон" Аристотеля и "Новый органон" Ф. Бэкона ("органон" оз­начает "инструмент"). Актуальным он был в те периоды, когда на­ука переходила к познавательному освоению объектов, обладающих качественно иной (более сложной) по сравнению с изучаемыми ра­нее объектами системной организацией, когда необходимо было сде­лать своеобразное гештальт-переключение всей системы познаватель­ных средств на более высокий (качественно новый) уровень. В част­ности, это имело место при переходе от исследования .статических объектов к изучению развивающихся систем (XIX в.), от исследова­ния динамических систем к анализу вероятностно-статистических объектов (Х1Х~ХХ вв.).

Интересные события в этом плане происходят в современной науке, испытывающей на себе усиливающееся воздействие со стороны тех сфер человеческой деятельности, где результаты науки находят наиболее широкое применение (материальное производство, управление, охрана окружающей среды, здравоохранение, образование и др.). С этим связано возрастание технологической направленности це­лей и задач научных исследований. Их результаты видятся, прежде всего, как производственная, социальная, управленческая, политичес­кая технология, технология образования. Соответственно, наряду с классическими требованиями выявить структуру, законы функцио­нирования и развития изучаемых объектов научные исследования все чаще регламентируются требованиями найти способ, как их "направленно изменить", "сконструировать", "осмысленно воспро­извести", "построить в заданных условиях". Исследуемые объекты все чаще структурируются исходя из специфики конкретных челове­ческих потребностей и практических целей, а также индивидуаль­ных психологических особенностей людей, принимающих решения (человеко-размерные системы — экологические, биотехнологичес­кие, медико-биологические, системы искусственного интеллекта и управления).

Отмеченные тенденции влекут за собой необходимость разраба­тывать качественно новые средства и методы исследования, адекват­ные характеру системной организации познаваемых объектов, а так­же более детально исследовать соотношение классических (научный факт, закон, понятие, теория и др.) форм выражения знания и их аналогов в современной (постнеклассической) науке (аппроксима­ции, сценарии, компьютерные описания, исторические реконструк­ции и др.). Точнее, в современной науке идут процессы, вызван­ные оппозицией традиционно когнитивного и современного техно­логического ориентирования ее целей и задач, которые можно образно назвать гештальт-переключением исследовательского инструмента­рия науки, поскольку трансформируется (качественно обновляется) практически весь набор ее средств и методов.

Претенциозный, постоянно развивающийся инструментарий на­учного исследования связан с необходимостью постоянного осмыс­ления действий по его созданию ("расширенному воспроизводству") и эффективному применению. Этим обусловлено наличие в сфере научного познания особого рода деятельности, направленной на вы­работку знаний о средствах ее регуляции и рефлексивного осмысле­ния, т.е. средствах, обеспечивающих воспроизводимость и контролиру­емость познавательных действий, организованных в научной форме, а также обоснованность и достоверность полученных знаний.

Резюмируя сказанное о специфике научного познания, следует особо выделить его интенциональные особенности. Во-первых, направленность на получение достоверных (объективных, истинных) зна­ний как сведений о природной, социальной и духовной реальности, свободных от деформаций, привносимых личными эмоциональными предпочтениями, действием общепринятых представлений и др. Во* вторых, направленность на получение достоверных знаний о четко выделенных фрагментах исследуемой реальности и их характерис­тиках. Другие особенности научного познания (наличие особого инст­рументария и языка, деятельность по их созданию и рефлексивному осмыслению) производны от первых, хотя в содержательном плане они сопряжены с наиболее трудоемкой и утонченной работой. От ее результатов зависит эффективность научного познания, понимаемая как его способность обеспечить достоверное знание об интересую­щих человека характеристиках природной, социальной и духовной реальности.

Тем не менее представления о специфике научного познания бу­дут неполными, если отвлечься от вопроса о том, чем, в свою Очередь, обусловлены его интенциональные особенности. Общая интенция на получение достоверных знаний на первый взгляд не нуждается в обосновании и пояснении. Однако исторические исследования на­уки показывают, что она далеко не всегда была в науке исходной и доминирующей, Дать удовлетворительный ответ на этот вопрос и на вопрос о том, почему проблемными в науке оказались именно данные, исследуемые в конкретный период времени, характеристики природ­ной, социальной и духовной реальности, можно на основании представ­ления о науке как социокультурном феномене, т.е. рассмотрев на­уку в единстве ее генезиса» внутренней структуры и связей с другими сферами жизнедеятельности общества, в котором она существует.

1.4. Знание и реальность

Знание как результат познавательной деятельности соотносится прежде всего с природной, социальной и духовной реальностью, на изучение которой она направлена, которую знание воспроизводит в духовной форме (отражает, репрезентирует, моделирует, символизи­рует). Степень адекватности такого рода воспроизведения реально­сти выражается через понятие истины и ряда сопряженных с ним понятий ("адекватность"» "правильность", "правдоподобие", "изоморфность" и др.).

Тем не менее хотя это и главная линия связи знания как резуль­тата познавательной деятельности с другими ее компонентами, но не единственная. Знание как результат познания соотносят также с содержанием решаемой проблемы (задачи), т.е. с формами знания, выражающими характеристики не исследуемой реальности, а исход­ной познавательной ситуации. В этих случаях полученный резуль­тат оценивают соответственно его способности решать исследуемую проблему.

При оценке знания как результата познавательной деятельности могут отслеживаться его связи (соотнесенность) со способами практи­ческой, художественной, коммуникационной деятельности, а также с содержанием большой совокупности элементов духовной культуры.

Соответственно тому, какие корреляции знания как результата познания брались за основу, при его оценке выделяют несколько подходов, которые, в свою очередь, рассматриваются в русле класси­ческих и неклассических теорий познания.

В большой группе классических теорий познания познаватель­ным процессам явно или неявно предписывается интенция на по­иск истины как знания, описывающего исследуемые объекты "в их собственных характеристиках", как знания, которое отвечает ряду специфических критериев — практическому (экспериментальному), гносеологическому, логическому, эстетическому. Данная интенция познавательного процесса в качестве одной из его наиболее общих характеристик находит отражение в справочной и учебной литера­туре, несмотря на непрекращающиеся дискуссии относительно со­держания и субординации критериев истинности научного знания, а также дискуссии относительно самой необходимости и оправданно­сти понятия истинности знания.

Нельзя обойти вниманием и еще одно, очевидно, наиболее важное свидетельство об интенции на поиск истины как фундаментальном признаке научного исследования. Непредвзятый анализ научных текстов обнаруживает устойчивую ориентацию на классическую когнитивную модель. Хорошим примером в этом отношении могут служить гносеологические ориентации исследований в области со­временного физического познания, где давление факторов, ставящих под сомнение анализируемый постулат, было не только наиболее мощным, но, казалось бы, вполне оправданным и обоснованным логи­кой самого познавательного процесса; факторов, ставящих объектив­ные характеристики исследуемого объекта в зависимость от использу­емых средств познания и исходных концептуальных схем. В новей­ших когнитивно-методологических исследованиях доказано, что какой бы своеобразной по содержанию и многоступенчатой по струк­туре ни была Цепь инструментальных и концептуальных опосредо­вании, исследователь явно или неявно полагает наличие уровня объективной реальности» обладающей собственными законами формообра­зования и эволюции.

Эти законы (характеристики) с различной степенью полноты вос­производит научное знание» принимаемое в качестве истинного, если процесс его генерирования регламентирован достаточно определен­ным набором гносеологических и методологических принципов; данности сущности в явлении, опытной проверки и обоснования мысленных конструктов, воспроизводимости опыта, наблюдаемости и др. Отмеченные принципы конкретизируются в зависимости от области применения. В современной физике, например, принцип наблюдаемости проявляется через содержание конкретизирующих его принципов калибровочной вариантности, спонтанного нарушения симметрии и др.[2].

В неклассических теориях познания интенция на поиск истины, составляющая содержание целеполагающей ориентации в класси­ческих теориях, отсутствует или, по меньшей мере, теряет ведущую роль. В свою очередь, возникает вопрос: какие целевые ориентации, кроме описанной выше существуют в русле познавательной деятель­ности и лежат в основе неклассических теорий познания? Те, кото­рые обусловлены практическими и социокультурными запросами общества в адрес науки.

В атом плане наиболее репрезентативны прагматизм, инструмен­тализм, феноменология. В первом из них цель познания — поиск путей решения утилитарно-практических задач, перманентно одоле­вающих человеческое сообщество. Во втором — превращение непри­емлемой для человека ситуации в приемлемую посредством позна­ния как инструмента такого превращения. Основная цель познава­тельной деятельности в обоих направлениях — не поиск истины как знания, способного дать ответ на вопрос "как устроен мир", каков он "в своих собственных характеристиках". Гораздо тоньше очерчены целевые ориентации в феноменологической теории познания, где от науки в конечном счете требуется внести посильный вклад в обосно­вание очень сложной системы мироздания, в которой находится место и науке с ее ограниченными познавательными возможностями, и ком­понентам, явно конкурирующим с божественным разумом.

Таким образом, создаваемый наиболее влиятельными теориями познания контекст включает (наряду с истинностной и утилитарно- прагматической целевыми ориентациями) также культурологическую установку, в соответствии с которой одна из целей науки — быть подруч­ным средством в обосновании определенного мировоззрения. В каче­стве примера была указана феноменология. Аналогии можно найти как более ранние (философия жизни), так и более близкие к нам по времени (экзистенциализм, интуитивизм, персонализм).

В целом же соотнесенность знания с реальностью осуществляется многоаспектно. Во-первых, это не только духовное воспроизведение реальности, но и образ должного в ней (модели социальной органи­зации, проекты преобразований в различных сферах жизнедеятель­ности общества и в среде его обитания» технические, дизайнерские проекты И т.д.). Во-вторых, реальность также понимается многопланово. Это не только природные, социальные и духовные образования, но и многогранная деятельность человека (производственная, куль­турная, управленческая, образовательная и т.д.). В-третьих, с реаль­ностью соотносится не только научное знание, но и результаты обы­денного и иных форм вненаучного познания.

В современных теориях познания и других формах осмысления специфики познавательной деятельности человека отношение зна­ния к реальности анализируется все более полно и детально. Одним из условий дальнейшего прогресса в этом плане является правиль­ный учет специфики каждого из типов познавательной деятельности. Поэтому в соответствии с общей тематической направленностью на анализ проблем науки и научного познания необходимо более де­тально изложить их специфические характеристики, отличающие науку от других видов и сфер человеческой деятельности.


Глава 2

НАУКА КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН

 

2.1. Генезис науки

 

Существуют несколько вариантов объяснения генезиса науки, от­личающихся друг от друга различной степенью акцентирования обще­признанных факторов. При этом каждый из них явно или неявно коррелирует с определенным пониманием самой науки. Выделяют следующие основные варианты понимания науки и, соответственно, ее генезиса.

1. Наука — это опыт практической и познавательной деятельно­сти; соответственно время ее возникновения отождествляется с пе­риодом зарождения человеческой способности накапливать, обоб­щать и передавать знания о мире. Считается, что наука возникла как результат развития ремесел и культурно-духовных традиций. Данная трактовка является чрезмерно обобщенной и неопределен­ной, поскольку не дает критериев выделения форм научной органи­зации познавательных действий. Научное познание здесь отожде­ствляется с познавательными процессами, включенными, прежде всего, в производственную предметно-практическую деятельность и иные конкретные (специализированные) виды человеческой деятельности, а также с обыденным познанием.

2. Наука — это целенаправленное познание реальности с прису­щей ему отчетливо выраженной рефлексией над процессом получе­ния знания и его характеристиками, прежде всего, доказательностью и условиями истинности. При таком понимании науки время ее зарождения связывают с переходом от получения так называемого рецептурного знания (предписывающего человеку лишь выполне­ние определенной последовательности познавательных действий, ве­дущих к решению практически значимой задачи) к знанию, обосно­ванному системой доказательств, имеющих универсальный харак­тер, демонстрирующих способ получения не просто полезного, но истинного знания. Этот период датируется временем существова­ния античной науки (примерно с VI в. до н.э.).

3. Наука в качестве таковой признается лишь с появлением экспе­риментально-математического естествознания, представляющего со­бой явление западноевропейской культуры XVI-XVII вв. Считается, что в данный период опытное естествознание, благодаря использованию технических устройств, обрело недостающую ему ранее точность. Дан­ная точка зрения подкрепляется также аргументами, отражающими социальный статус науки, а именно, указанием на факт становления науки как социального института. Решающее значение при этом отводится двум событиям — созданию Лондонского королевского общества (1662) и Парижской естественнонаучной академии (1666).

4. Наука — это специфическая сфера профессиональной деятель­ности, органически связанная с особым типом образования. Здесь правомерно подчеркивается профессиональный статус научной дея­тельности, который она обрела двумя веками позднее обретения нау­кой статуса социального института. До XIX в. науку двигали вперед не профессионально подготовленные специалисты, которых позднее назвали научными сотрудниками, а одаренные любители. Однако дан­ный аргумент не является бесспорным, поскольку привносит в общее представление о науке скорее количественные, чем качественные ха­рактеристики: "любители" работали точно таким же образом, как и позднейшие "профессионалы", т.е. соблюдая общие принципы позна­вательной деятельности и обеспечивая результат такого же качества.

Еще более значительные события произошли в тот период в сфере прикладных исследований, которые обусловили появление на рынке таких товаров (удобрения, ядохимикаты, прочные красители, взрыв­чатые вещества, электротехнические изделия и др.), производство которых было невозможно без научного знания. Тем не менее это было скорее завершающим процессом становления современной науки» чем процессом ее изначального становления в качестве соци­окультурного феномена.

Подобно тому, как ранние формы философского знания, носящие следы мифологических представлений, называют предфилософией, преднаукой называют познавательную деятельность и ее результаты, наиболее тесно связанные с производством и обыденным опытом. Соответственно, проблему генезиса науки можно трактовать как опре­деление временного периода, в течение которого завершился процесс превращения преднауки в науку. Преднаука, появившаяся в период первых городских цивилизаций, т.е. в III тысячелетии до н.э., опери­ровала достаточно большим количеством абстрактных представле­ний и математических методов. Однако все они были продолжением практических ситуаций и приемов практических действий. Пред­ставления науки строились на качественно иной основе — они заим­ствовались из ранее сложившихся систем знания (прежде всего из философских и теологических представлений) и далее аплицировались на исследуемую область действительности. Здесь они погружа­лись в новую сеть отношений и служили одним из важнейших средств получения знаний об объектах, процессах и явлениях дан­ной области. Практическая проверяемость при этом служила лишь одним из критериев истинности полученного знания. Данные нормы познавательной деятельности в рефлексивно осмысленном варианте начали использоваться только в античной науке.

Используя схему "преднаука — наука" для интерпретации пред­ставленных выше точек зрения на генезис науки, можно утверждать, что предшествующий античности период явно тяготеет к преднаучным формам познавательного освоения реальности. Наука, как гносе­ологически специфический феномен, появилась в эпоху античности. В этом качестве (в качестве специфического гносеологического яв­ления культуры) она окончательно оформилась в Новое время в связи с появлением экспериментально-математического естествознания. Как оригинальное социокультурное явление во всей полноте своего содержания наука окончательно сложилась в первой трети XIX в., однако процесс этот начался в Новое время.

2.2. Понятие науки

Наука, как и любой другой элемент культуры, имеет свой специ­фический способ существования в социуме, существенно различный в конкретные исторические эпохи. Зарождающаяся наука древности

мало похожа на средневековую науку и тем более на науку нового и новейшего времени даже в такой области, как математика. Поэтому выработка ее адекватного понятия, на первый взгляд кажущаяся делом несложным, заняла продолжительный период новейшего вре­мени, т.е. даже того времени, когда важнейшие характеристики на­уки проявлялись достаточно интенсивно.

Наука — это сфера человеческой деятельности, направленная на производство и теоретическую систематизацию достоверных знаний о природной, социальной и духовной реальности. В данном, получив­шем наиболее широкое распространение, определении отражены две важнейшие характеристики науки — наука как специфический вид познавательной деятельности и как ее результат. Однако ими не исчерпывается многогранное содержание науки. "Наука, — отмечал основоположник науковедения Дж. Бернал, — может рассматриваться как институт, как метод, как накопление традиций, знаний, как важ­ный фактор поддержания и развития производства, как один из наи­более сильных факторов, формирующих убеждения и отношения к миру и человеку"[3]. Отмеченные Дж. Берналом характеристики на­уки называют ее признаками, параметрами, измерениями, ипостасями, однако наиболее широко для выражения их смысла используется предложенный им самим термин "аспект". В соответствии с этим э настоящее время в философских дисциплинах и науковедении зак­репилось наиболее общее представление о науке как социокультур­ном явлении, специфика которого выражается указанием на его основные аспекты:

1) наука как специфическая деятельность;

2) наука как система знания;

3) наука как социальный институт;

4) наука как производительная сила;

5) наука как форма общественного сознания.

Исторически первым аспектом науки, привлекшим к себе при­стальное внимание философов и самих ученых, была ее характерис­тика как системы знаний. Главной причиной этого был социальный статус науки практически исключительно как явления духовной культуры, ценность и своеобразие которого зависели от уровня ори­гинальности и содержательного богатства знаний. Как духовный потенциал материального производства и тем более производительная сила наука не принималась во внимание. Об этом свидетель­ствует, например, отсутствие социального спроса на оригинальные научно-технические проекты (летательные аппараты, подводные лодки и др.) в античной науке.

Отсутствие опытного экспериментально-математического есте­ствознания с его развитой операциональной компонентой» а также устойчивой социальной ниши и социальной организации самих уче­ных были причинами недостаточно интенсивного осмысления дру­гих аспектов науки, прежде всего деятельностного (наука как специ­фическая деятельность).

Наука как система знаний — это совокупность упорядоченных и обоснованных сведений о природной, социальной и духовной ре­альности. Она включает в себя следующие основные уровни: эмпирический, теоретический и метатеоретический. Эмпирический уро­вень составляют прежде всего данные наблюдений, научные факты и их корреляции, эмпирические обобщения, зависимости и законы. Ос­новными элементами теоретического уровня знаний являются по­нятия, категории, законы, принципы, гипотезы, теории. Совокупность элементов метатеоретического уровня (уровня предпосылочного зна­ния) включает в себя научную картину исследуемой реальности (на­учную картину мира), идеалы и нормы научного исследования и философские основания науки.

Наука как специфическая деятельность — это система познава­тельных действий, направленных на производство и теоретическую систематизацию достоверных знаний о природной, социальной и ду­ховной реальности и самом познании. Наука как специфическая деятельность организована, прежде всего, по дисциплинарному прин­ципу, т.е. путем выделения отдельных научных дисциплин (матема­тики, физики, химии, биологии, социологии, лингвистики и др.), в рамках которых содержание и последовательность познавательных действий согласуются с особенностями объекта и предмета исследо­вания, а также характером искомого знания и сферами его примене­ния. Наряду с дисциплинарной организацией научной деятельности существуют такие ее формы, как область исследований, где объединя­ются некоторые параметры смежных дисциплин, а также программно-целевые исследования, ориентированные на решение комплексных задач (освоение новых источников энергии, создание новых матери­алов, освоение Мирового океана, морского дна, космоса и т.д.). Наи­более масштабные единицы измерения науки как деятельности по производству и теоретической систематизации знания — это три основные группы наук: 1) естественные — науки о природе; 2) гуманитарные — науки об обществе и человеке; 3) технические — науки об искусственных объектах. Несколько условно их можно выделить также по характеру познавательных целей, связанных с содержанием человеческой жизнедеятельности. Первые ориентиро­ваны преимущественно на изучение условий взаимодействия чело­века с природой, вторые — на изучение целей воздействия человека на природу, третьи — на изучение средств воздействия человека на природу.

В рамках представлений о науке как специфической деятельности, выделяют также два основных типа научных исследований — фунда­ментальные и прикладные. Фундаментальные — это исследования, ориентированные на приращение предметного знания, фиксируемого в форме наиболее общих представлений и законов. Прикладные — это исследования, ориентированные на приращение знания, исполь­зуемого непосредственно Для решения практических задач. В рам­ках фундаментальных исследований, в свою очередь, выделяют фун­даментальные исследования двух типов. Фундаментальные исследо­вания первого типа — это научные разработки, ориентированные на выработку (создание) наиболее общих представлений об исследуе­мой реальности и выявление ее наиболее общих законов, т.е. на по­иск ответов на вопросы: как устроена исследуемая реальность, что дальше за пределами познанного? Критериями отнесения научных разработок к фундаментальным исследованиям первого типа явля­ются:

ü пересмотр основных положений данной дисциплины;

ü пересмотр ее общепринятых методологических установок;

ü исследования вблизи предельных значений числовых параметров изучаемой реальности;

ü исследования в пограничных областях;

ü отсутствие прямо выраженной ориентации на непосредствен­ное практическое использование результатов.

Фундаментальные исследования второго типа (ориентированные фундаментальные исследования) — это научные разработки, в которых в общем случае ставится цель найти оптимальное по определенным параметрам прикладное решение крупной научно-технической или социальной проблемы или обеспечить теоретическое обоснование ее решения. Таковы, например, фундаментальные исследования, ориен­тированные на решение проблемы термоядерного синтеза, создание ЭВМ новых поколений, разработку высоких технологий и др.

Наука как социальный институт — это система научных уч­реждений, объединяющих сообщество занятых научной деятельнос­тью людей. Как социальный институт наука оформилась в. Новое время. Внешне это выглядело как объединение разрозненно рабо­тавших ученых-одиночек в академии, а позднее в исследовательские лаборатория иНИИ, подобно тому, как в более раннее, время в рам­ках специальных учреждений объединились служители культа» юри­сты, финансисты и другие категории людей, занятых профессиональ­ной деятельностью.

В итоге в социальной структуре появился новый элемент, выделя­емый по профессиональным критериям, - научное сообщество, как общность людей, профессионально занятых исследовательской рабо­той, а сама сфера научной деятельности со временем обрела развет­вленную структуру. В настоящее время она включает три главных сектора: академический, вузовский и отраслевой. Академическая наука организована преимущественно в виде системы научно-иссле­довательских институтов, объединенных в национальные и отрасле­вые (медицинские, технические, аграрные и др.) академии наук. Их деятельность направляется и контролируется президиумами акаде­мий и бюро профильных отделений (отделение объединяет несколько исследовательских институтов, работающих в смежных областях науки). В структуре самих научно-исследовательских институтов выделяется ряд научных подразделений: отделы, сектора, лаборато­рии, работающие по смежной тематике в рамках научного направле­ния института. Вузовская наука в организационном плане пред­ставлена научно-исследовательскими институтами (в крупных ву­зах), а также отдельными структурными единицами (наиболее часто лабораториями), деятельность которых направляется и контролиру­ется ректоратами вузов. Структура отраслевой науки представлена преимущественно научно-исследовательскими институтами. Их ис­следовательский профиль определяется спецификой той отрасли хозяйства, здравоохранения, культуры и других областей жизнедея­тельности общества, для обслуживания которой создаются такого рода научные учреждения.

Различаются академический, вузовский и отраслевой сектора на­уки не столько по формам организации на исполнительном уровне, сколько характером и направленностью научной тематики, корре­лирующей с их ведомственной принадлежностью. В тематике акаде­мических институтов доминируют фундаментальные исследования обоих типов, тематика вузовской и особенно отраслевой науки наи­более широко представлена прикладными исследованиями.

Наряду с отмеченными в настоящее время используются нетра­диционные формы организации научной деятельности (профильные научные центры, фонды и др.)» очень часто объединяющие предста­вителей всех секторов науки.

Обретение наукой нового, более высокого определенного и устойчи­вого социального статуса узаконило ее прагматически неоправдан­ные и экзотичные с точки зрения обывателя проявления: длительное серьезное обучение, рекрутирование большого количества начина­ющих (из которых сравнительно немногие впоследствии стали под­линно профессиональными учеными), частое отсутствие непосред­ственной экономической пользы от работы и тех, и других, специфи­ческий язык и др. Более того, идеологи науки (в качестве которых выступали сами ученые и представители определенных философских течений) постоянно предлагали обществу модели его социальной и политической организации, где науке были бы гарантированы по меньшей мере необходимые условия поступательного развития. "Для этих людей, — писал X. Ортега-и-Гаесет о первых поколениях ученых в новоевропейской цивилизации, — идея науки была основой, на которой строились и упорядочивались все человеческие проблемы, поэтому моральные и политические вопросы для них легко реша­лись обращением к простому требованию, предписывающему обще­ству и государству такую организацию, при которой ничто не может воспрепятствовать прогрессу наук"[4].

Возрастающие масштабы и значимость науки как нового соци­ального института обусловили ряд проблем, с которыми наука стал­кивается постоянно. Это проблемы структуры научного сообщества и ее положительной динамики (преемственности и смены поколе­ний); формирования, функционирования и развития научных школ, поддержания демократических принципов в управлении наукой и обеспечения возможностей широкой коммуникации исследователей, в решении которых важнейшее (а порой и решающее) значение име­ют внутренние ресурсы научного сообщества. Наряду с ними наука как социальный институт функционирует, находясь в постоянных контактах с властными и идеологическими структурами, системой образования и сферой производства, в рамках которых она сталкива­ется с проблемами финансирования научных исследований, обеспе­чения социальных льгот и гарантий представителям научной элиты, поддержания социального статуса занятых в сфере науки, регулирования их численности, выбора и поддержки приоритетных исследо­вательских направлений. Такого рода проблемы решаются в русле проводимой государством научно-технической политики.

В настоящее время численность мирового научного сообщества составляет около 5 млн человек. Считается,» что наукой способны заниматься не более 6-8% населения; реально в развитых странах в сфере науки занято около 0,3% жителей. Однако степень воздей­ствия науки на общество в целом коррелирует не с демографическими пропорциями, что достаточно очевидно проявляется в содержании ее следующих аспектов.

Наука как производительная сила — это одна из важнейших составляющих производительных сил общества и фактор их разви­тия на пути использования научных знаний при разработке новых технологий, предметов труда и продуктов предметно-практической деятельности. Технологии на основе науки, которые пришли на смену традиционным и природным технологиям, в настоящее Время обес­печивают производство свыше 90% общественного продукта и про­изводительность труда, на много порядков превосходящую анало­гичный показатель предшествующих технологий. В частности, в нанотехнологиях, которые называют технологиями XXI в., вопросы экономии исходного вещества и энергии, минимизации количества производственных операций, повышения процента выхода качествен­ных изделий, экологической чистоты производства и другие реша­ются комплексно. На основании научных знаний созданы и посто­янно создаются новые материалы с заданными свойствами. Их пос­ледующее использование в производстве в качестве предмета труда обеспечивает, с одной стороны, дальнейший технологический про­гресс, с другой — необходимые параметры и в целом желаемое каче­ство конечного продукта. Наиболее наглядная иллюстрация этого параметра науки как производительной силы — производство и ис­пользование пластмасс в 50430-е гг. XX в., оцениваемое как серьез­ная помощь традиционным материалам, а сейчас служащие пово­дом для использования эпитета "пластмассовая" при характеристике европейской техногенной цивилизации. Научный расчет парамет­ров (структуры, функций, режима и ресурса работы) производимых изделий — явление уже ставшее привычным даже в модернизирую­щихся на основе науки традиционных технологиях.

Научно-техническая политика, проводимая властными и внутри-научными структурами в идеале должна выполнять социальный за­каз на науку, технику и технологии. Словосочетание "социальный заказ" и стоящее за ним понятие употребляются для характеристика наиболее общих целей, направленности деятельности и количе­ственных параметров ее результатов в различных сферах общества (социальный заказ на образование, здравоохранение, качество окру­жающей среды и т.д.). Его формирование осуществляется под влия­нием как внутренних факторов (в первую очередь позиции государ­ства и других социальных институтов, представляющих интересы национального сообщества), так и внешних (динамикой глобальных и региональных процессов в геополитической, социально-экономи­ческой, оборонной, научно-технической и других сферах).

Ни одно национальное сообщество добровольно не согласится с тем, что при решении жизненно важных для него вопросов должны доминировать внешние факторы. Его активная позиция постоянно декларируется властными структурами и подавляющим большин­ством политических партий как "выбор народа", равно социальный заказ. Внешне это выглядит как результаты референдумов, голосова­ний, опросов. Однако рациональность данного социального действия определяется не простым (или квалифицированным) большинством, а совокупностью разнохарактерных критериев. В выявлении их со­держания, структуры и динамики и состоит суть проблемы социаль­ного заказа как фактора развития национального сообщества.

Ее конкретизация предполагает, прежде всего, ориентацию на вы­явление того, что именуется социальным заказом, осмысленных свя­зей между его целеполагающим содержанием, представлениями о ресурсном обеспечении выдвигаемых целей, а также о средствах и путях их достижения. В противном случае статус социального зака­за можно будет придать различным проявлениям социальной пси­хологии, в том числе и деструктивным. Важнейшими критериями отличия социального заказа от проявлений социальной психологии являются наличие целевых ориентацией на сохранение самого со­циума и воспроизводство его







Дата добавления: 2014-10-22; просмотров: 1769. Нарушение авторских прав

codlug.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.022 сек.) русская версия | украинская версия