Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Основные типы философских моделей человека. Традиционная модель




Вопрошание человека о своем собственном бытии восхо­дит к стародавним временам. Уже в текстах древних египтян мы находим глубокие рассуждения о жизни и смерти, о смысле человеческого существования. Однако лишь в XX веке пробле­ма человека выдвигается в самый центр смысложизненных поисков людей. Именно ответом на эту ситуацию было появле­ние философской антропологии. Впрочем, как уже отмечалось, антропологическая проблематика занимает умы философов со времен Сократа. За две с лишним тысячи лет было сформули­ровано множество самых различных взглядов на природу че­ловека. Известный современный философ В. Брюнинг в своей работе «Философская антропология. Исторические предпосыл­ки и современное состояние» предпринял попытку нарисовать историческую панораму развития взглядов на проблему чело­века в философии, найдя некую связующую нить в большом множестве различных концепций. Каждый из встречающихся в истории мысли типов антропологий рассматривается в опре­деленном историческом разрезе и в их внутренней связи друг с другом. В свете сказанного можно выделить четыре основных типа философских моделей (или «картин») человека, образую­щих некий круг.

• традиционная модель человека;

• индивидуалистская, персоналистская, экзистенциалист­ская модели человека;

• иррационалистическая модель человека;{245}

марксистская, прагматистская и объективно-идеалисти­ческая модель.

Рассмотрим кратко, следуя Брюнингу, наиболее разрабо­танные варианты каждой из указанных моделей человека.

Традиционная модель человека

Исторически первый подход к проблеме человека основывался на идее зависимости человеческого индивида от «внешних факторов», пре­допределяющих, так или иначе детерминирую­щих его бытие, его судьбу и предназначение. Человек привязы­вался к объективным порядкам миростроя. Традиционная мо­дель восходит к философии Сократа и Платона. В рамках это­го учения люди принципиально соотнесены с надвременным миром идей и сущностей, из которого происходит душа. По­следняя, по Платону, — это невидимая, духовная, внеземная сущность, в то время как тело выступает как нечто негативное, оно — источник тревог, болезней, страстей и т. п. Цель челове­ческой жизни — во все большем приближении к высшей идее, к идее Бога. Душа подлинно «у себя дома» только при созерца­нии вечных сущностей и, наоборот, теряет себя и блуждает, когда благодаря чувственному восприятию вступает в контакт с ми­ром превращений и изменений.

Иные акценты в толковании природы человека мы встре­чаем у Аристотеля. Последний обращает внимание на то, что существует более тесная и органическая связь между единич­ным, индивидуальным и всеобщим моментом в человеческом бытии. Всеобщая сущность («вторая субстанция») не существует отдельно, в отрыве от индивидуального ядра личности («пер­вой субстанции»). С точки зрения Аристотеля, «вторая субстан­ция» — это форма; то, что делает вторую субстанцию первой, а всеобщее — индивидуальным, — это материя. Живой, кон­кретный человек есть единство формы и материи, при этом принцип формы играет определяющую роль.{246}

Образ человека в христианском мировоззрении представ­ляет собой некий синтез аристотелевского и платоновского подходов. С одной стороны, бытие человека теперь связыва­лось с подлинной трасценденцией, — с системой надличностных смыслов, с другой — это происходило таким образом, что в результате отнюдь не обесценивались его естественные, зем­ные связи. Однако настоящее «опровержение античности» хри­стианством состояло не в этом. Оно заключалось в обнаруже­нии уникального, а значит, историчного в человеке. Личност­ное понимание Бога, личностная любовь, индивидуальное бес­смертие, грехопадение, искупление и спасение — вот элемен­ты, которые в первую очередь пришли в противоречие со все­общностью и безличностью специфичных для античности трак­товок человеческой сущности.

Одним из крупнейших представителей христианской фи­лософской мысли был Августин Аврелий (354—430 гг.). Он полагал, что человеку заранее предопределено Богом блажен­ство или проклятие. Человеческая история есть борьба двух враждебных царств — царства приверженцев всего земного и царства божия. Отталкиваясь от античных идей (прежде всего платонизма), Августин в полной мере признает важность надличностной сферы сущностей, объективного миростроя для понимания природы человека. Вместе с тем, в его учении мы находим указание на уникальность человеческой личности, при­знание главенства за любовью и волей.

Важной вехой в развитии христианских представлений о человеке является творчество Фомы (Томы) Аквинского (1225— 1274 гг.). Все мироздание философ рассматривал как универ­сальный иерархический порядок внутри бытия, порядок, кото­рый установлен Богом и указывает всему существующему его прирожденное место. Для совершения нравственного поступ­ка человек должен уважать естественный порядок в личной {247}жизни и обществе. Важнейший тезис учения Фомы заключает­ся в утверждении, что субстанция души — индивидуальна. Тем самым, основная идея христианства об уникальности и неразрушимости человеческой души слились воедино с идеей объек­тивного сущностного миропорядка. Субстанциональная оформленность человеческого бытия представляет собой один из устоев антропологии томизма, другим же является решитель­ная привязка человека к объективно предзаданным порядкам мироздания.

Согласно Аквинскому, мирострою соответствует столь же четко определенная система ценностей. Задача человека состоит в том, чтобы ясно познать эти порядки и принять их, войти в них, ибо они возникают благодаря творческому акту Бога, име­ющего личный характер. Включение человека в этот миропо­рядок предполагает осознание его принципиальной греховно­сти, что снова и снова требует проявления божьей милости. Личность Бога, изначально задающая систему ценностей, тес­но связана с объективным миростроем в целом. Равным обра­зом и человек, как отдельная личность, привязан к соответству­ющим объективным сущностям, не утрачивая при этом черт отдельного индивида.

Идеи средневековых отцов церкви и философов в наше время получили развитие в рамках неотомистской философии. Начало такому направлению мысли было положено в энцикли­ке «Аэтерни патрис», с которой в 1879 г. выступил папа Лев XIII. Суть неотомистского подхода к проблеме человека за­ключается в резкой оппозиции модернистским концепциям и в подчеркивании идеи о подчиненности человека объективному строю сущностей с Богом во главе; вместе с тем неотомизм в полной мере осознает опасность превращения человека в объект, включенный в эти надвременные порядки. Ведь это про­тиворечило бы фундаментальной идее христианства о непре{248}ходящей и неотъемлемой ценности каждой индивидуальной души. Крупнейший неотомист Жак Маритен (1882—1973 гг.) выступил против двух крайних позиций в антропологических изысканиях: против восходящего к Декарту рационализма, при­знающего мир сущностей, но забывающего о реальности ин­дивида,— и против иррационализма и экзистенциализма, от­вергающих значимость сущности в угоду голому существова­нию. Индивид — личность и, как таковая, обладает, с одной стороны, уникальным, не смешиваемым ни с чем другим, не­преходящим бытием, с другой стороны, он связан со структу­рами реальности и, в конечном счете, с Богом.

Сходные идеи мы встречаем в реалистическом учении Н. Гартмана (1882—1950 гг.). Онтология философа покоится на принципе ступенчатого строя бытия. Реальный мир разде­лен на четыре основных слоя, которые, однако, не просто явля­ются некими уровнями мироздания как целого, но и сами вы­ступают как некое целое по отношению к отдельным структу­рам и образованиям. Так, например, человек — это не только дух. У него есть еще отличная от духа душа, а также организм, наконец, телесная, материальная структура. Человеческое бы­тие должно толковаться, исходя из рассмотрения всех этих сло­ев, в единстве.

С точки зрения Гартмана, человек в своем реальном бы­тии связан с миром ценностей, предъявляющих к нему опре­деленные требования, взывающих к должному. Но эти ценнос­ти — только идеальны, реальную же действенность они обре­тают лишь благодаря человеку и через его посредство. Он, та­ким образом, является связующим звеном между идеальным миром и реальным. Человеческая личность есть точка реаль­ного мира, некая позиция, с которой этому миру открываются идеальные требования, исходящие от ценностей. Человек — посланник от ценностей в действительность, посланник в сво­боду и, таким образом, нравственное существо.{249}

Классическим примером рационалистической ветви ан­тропологии является учение Рене Декарта (1596— 1650 гг.). Сущность человека он видит главным образом в мыш­лении и противопоставляет мышлению в качестве субстанции тело. Последнее трактуется в материалистически-детермини­стском смысле. У человека, кроме тела, есть еще и дух, пред­ставляющийся Декарту строго рациональным. Философ наста­ивал на принципиальном различии мыслящей и телесной суб­станции человека. За противоположностью двух субстанций кроется не только пропасть между телесным и духовным, но и противоположность универсального и индивидуального. От­сюда вытекает, что телу противостоит не какая-то одна духов­ная сущность, а целое множество духовных субстанций. Если человеческое тело включено во всеохватывающую, детерминированную законами материальную связь и, таким образом, в конечном итоге, существует только единственная материаль­ная субстанция (которая тождественна с пространственной протяженностью), то человеческая душа, будучи строго инди­видуальной, отделена от других душ, и связь этих душ пред­ставляет собой множественность самостоятельных субстанций. Таким образом, в философии Декарта явственно противостоят друг другу монистическая и плюралистическая тенденции. Не случайно, что они резделились в последующем историческом развитии философской мысли. Монистическая сторона нашла свое яркое выражение у Спинозы, тогда как плюралистиче­ская — в монадологии Лейбница, впоследствии имеющей доведенное до крайности продолжение в философии индиви­дуализма и персонализма.

Антропологические концепции натурализма уходят сво­ими корнями в античность, к Демокриту. В Новое время выде­ляются такие мыслители, как Ф. Бекон, Т. Гоббс, Ж. Ламетри, П. Гольбах, К. Гельвеций и др. В рамках этого течения одна из типичных точек зрения состояла в том, что человек есть не что {250}иное, как машина. По мнению Гельвеция, дух можно без ос­татка вывести из чувственности. Гольбах также сводит высшие проявления духовной сферы человека к материальным процес­сам, к витальным, физиологическим аспектам.

Другой вариант натуралистической антропологии можно найти в философии Огюста Конта (1798—1857 гг.). По мне­нию философа, развитие человечества, которое повторяет каж­дый отдельный индивид, с необходимостью проходит три ста­дии — теологическую, метафизическую и позитивную. Лишь на третьей стадии человечество обретает разумно обоснован­ную картину мира. Антропология позитивной стадии, исполь­зуя наблюдение и эксперименты, опирается на факты и законо­мерные связи между ними. В результате складывается «науч­ный подход», согласно которому человек подчинен в своем историческом существовании вычислимым законам; и в при­роде и в истории царят одни и те же закономерности. Таким, образом, для объяснения социально-исторического бытия при­менимы те же самые общенаучные методы. Психические функ­ции в значительной степени сводятся к физиологическим. Конт полагал, что наука о душе должна основываться на физиоло­гии органов чувств. Поскольку человеческое бытие во всех сво­их аспектах подчиняется неизменным естественным законам, то не может быть никакой индивидуальной свободы в подлин­ном смысле. Человека нельзя мыслить вне общих социальных связей, в которые он по необходимости включен.

Свой взгляд на человека Герберт Спенсер (1820—1903 гг.) развивает на основе идей эволюционизма, отчасти восходящих к теории эволюции Дарвина. Весь мир, согласно Спенсеру,— это единое упорядоченное целое, во всех частях которого ца­рит одна и та же закономерность. Физическое, биологическое, психическое и социальное развитие подчиняется одной и той же формуле. Эволюция — это основной процесс, пронизываю­щий все сущее. В своем развитии человек произошел из животного мира. В конечном счете все его высшие духовные фун{251}кции выводятся из низших — биологических. В рамках нату­рализма философская проблематика человеческой сущности во многом сводится к исследованию человека точными методами в рамках естественнонаучной антропологии.







Дата добавления: 2014-10-22; просмотров: 1037. Нарушение авторских прав

codlug.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.009 сек.) русская версия | украинская версия