Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Глава 1. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ФИЛОСОФИИ: ОТ МИФА К ЛОГОСУ




"Философия" происходит от греческих слов "phileo" (люблю) и "sophia" (мудрость) и означает любовь к мудрости. В свою очередь, важнейшим признаком мудрости, мудрого отношения к жизни выступа­ет особое отношение человека к миру, связанное с его восприятием как особого рода целостности, в которой человек занимает свое особое ме­сто. Такая установка на целостность восприятия бытия была присуща человеку еще на уровне первобытного сознания и остается одной из важнейших сторон философского постижения мира сегодня. Поэтому необходимо вкратце остановиться на тех формах сознания и особенно­стях его проявления, которые предшествовали становлению философии.

В рамках первобытного сознания индивидуальность человека, его внутреннее "Я" осознавались в иной форме, чем сегодня. Современный человек достаточно четко различает собственную индивидуальность от индивидуальности других людей и от реальности, которая его окружает. Это является условием познавательной деятельности, когда стоящее вне меня может выступать в качестве объекта познания, быть объективно разделенным со мной. В первобытном сознании такого противопостав­ления не существовало. Это, с одной стороны, ограничивало познава­тельные возможности человека (с позиции сегодняшнего понимания познания), а с другой - позволяло ему воспринимать мир целостно и нерасчлененно. Поэтому человек не противопоставлял себя природе, а отождествлял себя с нею, так же как он не противопоставлял себя кол­лективному сознанию (совокупность индивидуальных сознаний, имею­щих общие черты), осознавая ее как необходимость собственного суще­ствования. ;'Человек этого периода еще не в силах ставить вопросы при­роде, он ее непроизвольно воспринимает и тем самым, конечно, позна­ет, но иными, чем сегодняшняя наука, способами.

Одной из форм восприятия человеком мира на уровне первобытного сознания выступает миф, описывая мир в его целостности и взаимосвя­зи всего со всем. Миф - это не "просто познание окружающей действи­тельности, а своеобразная система "познание - непосредственное вос­приятие", результатами которого выступают не современные понятия, а совокупность образов. "Мифологические представления могли быть только образами и ничем иным, потому что "образ", как бы мы ни мудрили, есть зрительный "внешний вид", зрительная "наружная" сто­рона предмета. Пространственные, ограниченные внешней зрительной


данностью, однократные и неподвижные представления порождали "образы", в которой при всей их суммарности не содержалось ни доли обобщения... Мифотворческий образ - производное именно мифотвор­ческого мышления со всеми законами мифотворческого восприятия пространства, времени и причины, с его слитностью субъекта и объек-та"1.

При этом следует понимать, что миф обладал своей собственной, внутренней логикой в рамках познания - восприятия, которая была не менее жесткой в следовании заданным правилам, чем современная фор­мальная логика. Иное дело, что в основе этих правил, этой "логики ми­фа" лежали совершенно иные предпосылки, так как данный тип мыш­ления был не абстрактен, а конкретен, не расчленял, а, напротив, пы­тался объединить в едином сознании буквально все, и наконец, реализо­вывалось это в образно-метафорической форме. Этим объясняется и поэтичность античной философии, которая выросла из образного мыш­ления, переходила от него к абстрактному. "Мир, видимый первобыт­ным человеком, заново создается его субъективным сознанием как вто­рое самостоятельное объективное бытие, которое отныне начинает про­тиворечиво жить рядом с реальной, не замечаемой сознанием действи­тельностью. Так из невольного, биологически свойственного человеку познания мира возникает связанная система мироощущения, остающая­ся жить в виде известных форм культуры"2.

Таким образом, миф как форма целостного, синтетичного воспри­ятия мира выступает как форма сознания, адекватная первобытной эпо­хе, а следовательно, он не только объясняет мир, но и выполняет регу-лятивно-прагматические функции. Причем, поскольку мифологические предписания не требовали дополнительного обоснования, регулятивные предписания здесь носят весьма жесткий характер и не допускают дис­куссий. Как это ни странно, в философии это сохраняется до сих пор, но не в прямой форме (так как философия - диалоговая форма созна­ния), а косвенно, в виде выработки предельных систем обоснования истинности, как бы исходящих от имени чистого разума, абсолютного духа и т.п. Поэтому философ всегда остается не только носителем зна­ния, но и проповедником истин, раскрывая, ведя человека по истинному пути.

Следующая особенность мифа, которая затем переходит и в фило­софию, - это попытка представить наиболее полное описание бытия в виде космогонической и эсхатологической целостной картины мира. Если наука описывает действительную реальность путем ее расчленения

1 Фрейденберг О.М. Миф и литература древности. М., 1978. С. 21.

2 Там же. С. 21 - 22.


предметными областями, то миф имеет дело с особой, сознательно сконструированной реальностью. Миф не расчленяет целостность бытия на его отдельные фрагменты, а, напротив, создает целостность воспри­ятия, соединяя в себе реальное и идеальное, сознательное и бессозна­тельное, давая целостную картину бытия.

Философия, перейдя к рационально-теоретическому способу мыш­ления, с помощью абстрактных понятий и категорий описывая действи­тельную реальность (подобно наукам), тем не менее сохранила в себе, что и проявляется в целом ряде концепций, установку на сознательное конструирование особых реальностей, которые не всегда могут соответ­ствовать действительности. В нее переходит особенность мифа, "связывающая буквально все со всем", что, собственно говоря, и стано­вится признаком "спекулятивного" мышления, το есть рефлексии и са­морефлексии философа над смыслом жизни, над проблемами бытия и т.д. Исторически именно теоретическая неоформленность мифа вела к тому, что "спекуляция находила неограниченные возможности для раз­вития, ее не сдерживал научный (т.е. дисциплинированный) поиск исти­ны"1. Именно умозрительный характер и своеобразная "оюрванность" от конкретных проблем позволяют философски подходить к пониманию мира, особенно когда речь заходит о проблемах, недостаточно или со­всем не структурированных и не поддающихся частнонаучным методам познания.

Слитность в мифе предрациональных компонентов и иных форм пе­реживания человеком мира прослеживается в античной философии, где большое значение придавалось устной и диалогичной форме рассужде­ния. Первобытный человек слышал мир в буквальном смысле, и сам принцип говорения отражал понимание-схватывание смысла космоса. Поэтому говорящий был одновременно и пророчествующим, олицетво­ряя собой вещающий Логос. "Логос говорит деревьями, землей, птица­ми, животными, водой, людьми, вещами"2. Соответственно философ, претендующий на понимание смыслов мира, должен уметь и вслуши­ваться, и говорить (вещать, пророчествовать и т.д.). Здесь кроется при­чина отказа многих античных философов фиксировать свои размышле­ния в письменной форме, и даже в последней эти размышления реали­зуются в виде диалога, то есть записанного речевою жанра общения. Философия - это прежде всего диалог, диалог человека с другим чело­веком, диалог человека с Космосом.

Таким образом, подводя некоторые итоги, можно сказать, что миф, выступая первой исторической формой целостного понимания мира на

1 Франкфорт Г., Франкфорт Г.А., Уилсон Дж., Якобсон Т. В преддверии философии. М-, 1984. С. 25.

2 Фрейденберг О.М. Миф и литература древности. М., 1978. С. 57.


уровне первобытного сознания, был^одним из важнейших источников философского знания и ряд особенностей мифологического сознания перешел в философию, подвергшись определенной рациональной ин­терпретации. Одновременно философия сохранила в себе и внерацио-нальные компоненты мифологического сознания, связанные с поэтиче­ским, образным восприятием мира, которые не менее важны для любого человека и для целостного ощущения бытия. Философия, таким обра­зом, возникает как преодоление мифологического сознания с его нераз-деленностью субъектно-объектных отношений и с самого начала высту­пает как форма максимально рационального постижения бытия1. Это и позволяет в краткой форме обозначить путь становления философии как переход от мифа к логосу.

Другой особенностью становления философии является, как это сле­дует из этимологии данного понятия, ее стремление к мудрости, что вынуждает нас вкратце остановиться на том, что скрывалось за этим понятием в предфилософских и ранних философских системах. Тради­ционно считается, что философия, переходя от мифа к логосу, то есть выбрав рационально-теоретический путь собственного развития, одно­временно преодолевает античное понимание ее как любви к мудрости. Однако нам представляется, что это далеко не так и что традиционное античное понимание философии и сегодня позволяет указать на некото­рые ее особенности, которые невозможно вскрыть без понятия "муд­рость".

Изначально, что было действительно связано со структурой мифоло­гического сознания, мудрость выступала особой формой доведения до индивидуального сознания знаний о мире, принципов поведения челове­ка. Мудрость выступала как особый вид регуляции прежде всего житей­ского поведения человека, носила глубоко практический характер и основывалась на опыте поколений. Однако анализ античной философии, которая уделяла этому понятию большое место, позволяет выявить и иные ее трактовки или своеобразные интерпретации, позволяющие включать данное понятие в структуру философского мышления.

Прежде всего мудрость обозначала особую установку, направляю­щую человека по пути целенаправленной и целесообразной деятельно­сти, так как она основывалась на знании высших целей. Это было сво-

Это вовсе не означает, что в философии достигается некоторое абсолют­ное рациональное познание. Более того, в философии это невозможно в прин­ципе, но само стремление к рациональности является максимальным. Поэтому любая самая иррационалистическая философская система по существу рацио­нальна, так как она, в отличие от веры, апеллирует к разуму, обосновывая и доказывая свои утверждения.


его рода искусство жизни.Одновременно мудрость обозначает, как отмечает А.Ф. Лосев, некоторую гибкость ума, или, в обычном упот­реблении этого свойства, - хитрость1. Это свойство гибкости ума по­зволяло человеку вырабатывать диалектическое отношениек миру.

Мудрость обозначает также и "строгую всеобще-космическую структуру". А учитывая, что древние греки воспринимали Космос как некую космическую душу, становится ясным, что описание Гераклитом мудрости как говорения истины и действия в соответствии с природой, прислушиваясь к ней, означает, что мудрость опирается на некие все­общие законы, лежащие вне субъекта2. Итак, мудрость - это восприятие упорядоченности мира и знание основополагающих принциповэтой упорядоченности.

Сократ дополняет перечисленные характеристики мудрости особым ее пониманием как целостности (можно сказать, гармоничности) ума, несводимой "ни на какие отдельные и специфические функции чистого мышления. Но этого мало. Сократовская София имеет ближайшее от­ношение к добродетели вообще, вернее же, к целесообразной практиче­ской деятельности вообще"3. Таким образом, в мудрости соединяется мыслительная и практическая деятельность.

Одновременно с этим, по Сократу, мудрость еще и владение словом,художественным словом, поэзией. Развивая эти идеи, Платон рассужда­ет о мудрости как о некой смысловой структуреКосмоса, определяю­щей всю духовную деятельность человека.

Аристотель' говорит о мудрости как об особого рода знании, которое представляет собой одновременно учение "о четырехпринципной струк­туре каждой вещи, то есть учение об ее идее, материи, причине и це­ли... Мудрый тот, кто не только знает сущность вещи и факт существо­вания этой сущности, но еще знает также и причину вещи и ее цель"4. В античности и позже мудрость дополняется еще одним присущим ей свойством - знанием о критериях оценки поступков человека и опреде­лением его добродетельности. Мудрость- это знание о сущности и причинах добра и зла(Сенека). Кроме того, мудрость - это еще и по­знание Бога и некое сознание, которое выходит за рамки рационального. Таким образом, можно сказать, что мудрость в этот период выступа­ла как особая форма отношения к миру, в основе которого лежало зна­ние основополагающих принципов устройства бытия (Космоса), адек­ватное античной ступени развития мышления и исходящее из идеи все-

1 Лосев А.Ф. Термин "София"// Мысль и жизнь. Часть 1. Уфа, 1993. С. 8.

2 Там же. С. И.

3 Там же. С. 13.

4 Там же. С. 16.


общей упорядоченности мира, что, в свою очередь, позволяло ей высту­пать в качестве мировоззренческого регулятива целесообразной челове­ческой деятельности.

Мудрец как носитель-ретранслятор мудрости соединял в себе два противоположных начала, которые выливались часто в форму его пове­дения и отношения к людям и обществу. С одной стороны, он выступал как некий хранитель традиций, закрепляющий принятые жизненные устои, а с другой - напротив, как их разрушитель и критик. Право та­кого критического отношения к миру было связано с тем, что мудрец обладал неким высшим знанием, которое было доступно отнюдь не всем и которое отнюдь не всегда было реализовано в обществе. Такая пози­ция мудреца, его личностная ответственность за собственные поступки придавали его собственной жизни в некоторых случаях характер под­вижничества, что сближало мудрость, а затем и философию с религией. Таким образом, философия зарождается как тяга, любовь к мудро­сти. Выражением мудрости может выступать, как мы отметили выше, просто мудрый поступок, но главной формой ее выражения является слово. Именно посредством последнего мудрец обращается к другим людям, а философ, позже, с помощью слова обосновывает истинность выдвигаемых положений. Слово философа всегда обращено к разуму, это своеобразное понятийно-рациональное выражение стремления к мудрости. Однако слова, как отмечает А.Н. Чанышев, бывают разные, так же как и разнятся позже дисциплины, занимающиеся исследованием слов, понятий. Словом оперирует поэт, слово (понятие) лежит в центре логических построений, слово (или их совокупность, текст) становится объектом науки филологии. Но если для последней важным выступает любое слово (включая, например, и ненормативную лексику), это дейст­вительно любовь к любому слову, то "философия как любовь к мудро­сти есть не что иное, как любовь к мудрому слову... В этом смысле можно сказать, что философия - часть филологии"1.

Исторически становление философии отражает факт преодоления житейской мудрости и переход к рационально обоснованной системе знания. Однако полностью отойти от элементов недостаточно доказан­ного и обоснованного знания, которое тем не менее включается в структуру той или иной философской концепции, философия не может и не сможет никогда. Это фиксируется в ситуации, когда вместо владе­ния абсолютными и окончательными знаниями, от имени которых все­гда выступает мудрец, остается лишь тяга, любовь ("phileo") к мудрости ("sophia"), от имени которых выступает философ. То есть место окон-

1 Чанышев А.Н. Мировоззрение и философия // Мысль и жизнь. Ч. 1. Уфа, 1993. С. 226 - 227.


нательного и однозначного результата заменяет процесс, стремление. Таким образом, философия стремится к мудрости, пытаясь осуществить связь между рационально выработанными представлениями о сущности мира и человека, что уже само по себе составляет ее важнейшую осо­бенность, и одновременно пытается рационально обосновать деятель­ность людей, в том числе и их обыденные поступки, их жизнь и поведе­ние в обществе, их взаимоотношения.

Стремление к мудрости отражает момент "ценностного отношения к бытию. Может даже стоять вопрос: а не является ли мудрость, или муд­рое философствование, той осью координат (выделено нами. - Авт.), на которой "завязаны" все другие разновидности философских размыш­лений?"1. Стремление к мудрости придает философии особый целост­ный характер, обеспечивает неразрывность всех компонентов в разно­образных взаимоотношениях между человеком и миром, между челове­ком и человеком. Философия не может быть безразличной ни к какому-либо способу или виду познания, ни к какой-либо системе ценностей. Это открытая система, представляющая собой рефлексию над наиболее общими, предельными вопросами бытия и одновременно являющаяся конкретно-практическим размышлением над использованием результа­тов данной рефлексии в жизни людей. Такой широкий мыслительный охват как в постановке, так и в решении проблем порождает соедине­ние в ней, с одной стороны, рационально-теоретического или рефлек­тивного подхода, а с другой - ориентацию на выработку ценностных ориентиров, которые опираются на феномен веры, на эмоционально-образное, ассоциативное мышление. Стремление к мудрости придает философии особую ценностную позицию, направленную на интегратив-ное восприятие мира.

Итак, философия возникает как преодоление мифа (путь от мифа к логосу) и одновременно как преодоление житейской мудрости. "Фило­софия - интеллектуальная, рациональная, логическая и логичная муд­рость. Не может быть алогичной философии"2. По остроумному заме­чанию А.Н. Чанышева, если мифология была матерью философии, то ее отцом был интеллект. Именно поэтому она опирается на все виды ду­ховного освоения бытия человеком. "Теряя связь с науками, философия вырождается в "служанку теологии", а через нее религии. Теряя связь с художественно-мифолого-религиозным мировоззренческим комплексом, философия вырождается в "служанку науки"3. Как ни стремятся неко­торые философы вырваться за рамки мифа и мудрости, рационального и

1 Алексеев П.В., Панин A.B. Философия. М., 1996. С.72.

2 Чанышев А.Н. Мировоззрение и философия // Мысль и жизнь. Ч. 1. Уфа, 1993. С. 232.

Там же. С. 237.


внерационального - в философии этот путь бесперспективен, так как философия представляет собой целостное, синтетическое образование, основанное на всех формах духовного освоения бытия человеком. И в этом смысле понятие философии как любви к мудрости приобретает новый смысл, как бы реабилитируя значение этого древнего понимания для нашего времени.

Подводя предварительный итог, можно сказать, что моментом отсче­та возникновения философии в культуре выступает ее оформление как особой формы теоретической рефлексии человека над бытием и над самим собой, которая основывается не только на рациональном спо­собе мышления, но и на художественно-эмоциональном постижении бытия.

В этой связи разумным представляется вопрос: а во всех ли культу­рах философия реализовалась в таком виде, что, в свою очередь, со­пряжено с проблемой времени и места возникновения философии.

Прежде всего необходимо отметить (и это справедливо и для совре­менного понимания философии), что указанное сочетание рационально-теоретического и ценностного подходов как характеристик философ­ского предмета в конкретных культурах может реализовываться по-разному. Есть культуры, в которых на первый план выходят проблемы ценностно-эмоционального постижения мира и человека, есть, напротив, культуры, в которых в большей степени реализовалась ориентация фи­лософии на самовыражение именно как теоретического знания (с иде­альным вектором, направленным в сторону науки). Но в любом случае философия ставит данные проблемы в предельной теоретической фор­ме. Таким образом, разнообразие возникающих философских систем вовсе не разрушает относительного единства понимания сущности и задач философии, что остается справедливым и для ее сегодняшних трактовок.

Конкретная историческая точка отсчета начала философии вряд ли будет когда-либо определена, так как, во-первых, невозможно точно и однозначно установить сам момент рождения философии как особой формы сознания, отличающей ее от других форм, например от мифа, религии, науки и т.д. Во-вторых, как мы уже отмечали, существуют определенные отличия в понимании философии в разных типах культу­ры, и соответственно в этом случае возникновение философии в этих культурах будет определяться данным пониманием. Тем не менее уже с момента своего зарождения в философии можно выделить некоторые особенности, которые справедливы для многих цивилизаций древности.

Прежде всего философия везде возникает как некая форма предфи-лософии, представляя собой особое образование уже с зачатками фило­софского подхода к миру, но несущее на себе печать мифологического


и религиозного к нему отношения. Такая предфилософия представляет собой совокупность множества самых разнообразных знаний буквально обо всех областях человеческой деятельности, которые пока еще не выделились в качестве самостоятельных: от математики до медицины и косметики. Философия как таковая в данном образовании проявляется как структура, обеспечивающая связь всех этих знаний в относительно единое целое. Уже эта изначальная философская установка соединяет в себе рационально-рефлективный подход с выработкой ценностно-миро­воззренческих ориентиров для человека и с опорой при этом на всю совокупность взаимоотношений человека с миром, на все богатство возможностей (от рациональных до эмоционально-образных) постиже­ния им мира.

Такая установка на целостность постижения бытия и в то же время относительная однородность философской проблематики (при разности выбора проблем конкретными мыслителями) давали основание связы­вать возникновение и формирование философии в некоторое единое целое, когда зародившиеся и существующие в различных регионах зем­ного шара философские системы представлялись звеньями одной фило­софской цепи, которая завершалась какой-то современной философ­ской системой. Гегель отмечал, что развитие философии повторяет ход солнечного светила. Она формируется на Востоке, а на Западе расцве­тает как вершина философского мышления, полностью реализуясь в его собственной философской системе. Поэтому вся философия (как в ее истории, так и современная) представляет собой единую систему, кото­рая определяется не конкретным самовыражением того или иного фи­лософского индивида, а постановкой и решением специфических для философии проблем. Философия развивается как становление челове­ческого самосознания.

Поэтому, по-видимому, не случайно, что то, что мы сегодня обозна­чаем философией, исторически возникает почти одновременно во всех существующих тогда цивилизациях. "При всех сложностях и разночте­ниях в хронографии философских учений существует почти общее со­гласие, что процесс ее становления развертывается на протяжении VII-III вв. до н.э."1.

В этот период как преодоление шумерской мифологии и эпоса за­рождаются философские представления о мире и месте человека в Ва­вилоне.

В Иранеименно в этот период возникает зороастризм с его учением о зависимости устройства мира и торжества справедливости в нем от свободной воли человека.

Богомолов A.C., Ойзерман Т.И. Основы теории историко-философского процесса. М., 1983. С. 85.


Для индийскойфилософии, если считать ее становлением преодо­ление предфилософских представлений, "ошибочно именуемых "фило­софией Вед", и "оформление шести систем индийской философии"1, -это также период VI-III вв. до н.э. В этот момент возникают классиче­ские ортодоксальные философские системы, такие, например, как ве­данта, йога, и неортодоксальные философские системы, такие, как джайнизм, буддизм, санкхья.

В Китаев этот же исторический период возникает конфуцианство (Конфуций - ок. 551 - 479 гг. до н.э.), лаосизм (Лао-цзы - VI-V вв. до н.э.), моизм (Мо-цзы) и другие варианты философского постижения мира от скептицизма до материализма и нигилизма.

В Древней Грециив VIII в. до н.э. в этот период Гомером и Гесио-дом создаются первые элементы философского подхода к миру, космо-теогонические системы орфиков, и, наконец, преодолением эпического предфилософского этапа становится философия досократиков - VII-V вв. до н.э.

По масштабам всемирного исторического процесса это действитель­но почти одновременные события, и хронологическое совпадение здесь не случайно, хотя более важным является, пожалуй, их "социальная одновременность". Именно это позволило немецкому философу К. Яс-персу говорить об осевом времени всемирной истории, которое харак­теризуется тем, что почти одновременно в рамках многих культур про­исходит резкий поворот истории и появляется "современный человек", человек философствующий. Он "осознает бытие в целом, самого себя и свои границы. Перед ним открывается ужас мира и собственная беспо­мощность. Стоя над пропастью, он ставит радикальные вопросы, требу­ет освобождения и спасения... В эту эпоху были разработаны основные категории, которыми мы мыслим по сей день, заложены основы миро­вых религий, и сегодня определяющих жизнь людей"2.

Указанная социальная одновременность была связана с тем, что дан­ный период во всех указанных культурах характеризуется переходом от раннего к позднему рабовладению, которое сопровождается огромными изменениями общественного устройства (рост городов, развитие торгов­ли, возникновение денежного капитала, частная собственность на землю и пр.). "Именно в таких условиях складывается философия - причем не однократно и не одноактно, но в ходе длительного и сложного процес­са - в Древней Греции, Индии, Китае, а также в доколониальной Мек-

Богомолов A.C., Ойзерман Т.И. Основы теории историко-философского процесса. М., 1983. С. 85.

Ясперс К. Истоки истории и ее цель // Карл Ясперс. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 32 - 33.


сике, где этот процесс был прерван, как и все развитие этой культуры, испанским завоеванием"1.

Таким образом, зарождение философии представляет собой своеоб­разный социокультурный взрыв самосознания человечества, отражаю­щий кардинальные изменения, происходящие в сознании и мышлении человека, во всей культуре.

И здесь мы должны сделать необходимую оговорку, касающуюся из­лагаемого ниже историко-философского материала и связанную с тем, что становление философии мы будем рассматривать сквозь призму прежде всего развития античной философии Древней Греции. Прежде всего это связано с тем, что в Древней Греции реализовалась та модель философии, по которой мы можем представить возникновение и разви­тие философии в наиболее чистом (классическом) виде. Естественно, что, анализируя какие-то иные, например восточные, формы филосо­фии, эта модель потребует своего социокультурного уточнения.

Так, например, одним из условий развития философии (наряду с преодолением мифологического сознания и разделением субъекта и объекта в познавательном процессе) выступают некоторые внешние со-циокультурные параметры, стимулирующие развитие философии как свободного мышления. Это давало повод Гегелю говорить о том, что истинное свободное мышление стало возможным лишь в Греции. "Вследствие этой общей связи политической свободы со свободой мыс­ли философия выступает в истории лишь там и постольку, где и по­скольку образуется свободный государственный строй ... философия поэтому начинается лишь в греческом мире"2.

В отличие от Древней Греции, развитие философии на Востоке осу­ществлялось в условиях деспотических государств, что не способство­вало развитию свободного мышления. Это привело к тому, что развитие философии пошло несколько иными путями. В частности, здесь боль­ший аспект приобретают проблемы, касающиеся внутреннего мира че­ловека. Это реализуется либо в появлении религиозных форм филосо­фии, предпосылки которой основаны на вере в абсолют, а свобода мышления ограничена этими предпосылками, либо в развитии этико-эстетической проблематики, когда познание природы отступает на вто­рой план. Гегель, может быть, и излишне категорично писал по этому поводу, что восточный народ убегает в "пустую абстракцию как в бес­конечное; это встречается преимущественно у индусов, которые истя-


зают себя и углубляются в состояние наиглубочайшей абстракции; так, например, индусы смотрят в продолжение десятков лет на кончик сво­его носа, а окружающие их кормят, они, таким образом, живут без вся­кого духовного содержания, кроме как знания абстракции; содержание этого знания есть, таким образом, нечто совершенно конечное. Это, следовательно, не почва для свободы"1. Греческая философия с момента своего возникновения пытается понимать мир и человека на основе ра­ционального постижения, и выражением этого становится построение множества рациональных систем, объясняющих тот или иной феномен природы и человеческого существования.

Присмотримся же более внимательно, что обеспечило указанную по­литическую и, как следствие, мыслительную свободу древних греков, приведших к становлению философии.

Гегель обращал внимание на то, что уже географическое расположе­ние Греции являлось определенной предпосылкой для развития данного типа философии. Страна представляла собой территорию, расчлененную на множество островков земли. Здесь отсутствуют мощные реки, прони­зывающие всю страну, большие горные перешейки, ее разделяющие. Отсутствие "массивности географических отношений", как указывал Гегель, обеспечивало на уровне духовного сознания реализацию прин­ципа разнообразия и гибкости мышления, изначально присущих грече­ской философии.

В свою очередь, это косвенно повлияло и на государственное уст­ройство Древней Греции. Поскольку ее территория представляла собой островки поселений, отгороженных друг от друга лишь невысокими горами и объединяемых общим выходом к морю, то это, с одной сторо­ны, обеспечивало постоянный контакт племен, но, с другой стороны, одновременно делало возможным развитие относительно локализован­ных общественных и культурных отношений, которые отличали данные поселения друг от друга. В результате возникло территориальное разде­ление страны на ряд мелких округов (кантонов). "Такой рельеф созда­вал благоприятные условия для той политической организации, которую греки назвали полисом"2.

Относительная культурно-географическая неоднородность совокуп­ности государств-полисов приводила к тому, что они жили между собой в постоянном соперничестве. Между полисами постоянно велись войны, что отражается в том факте, что в Греции никогда не заключали мира, а


Богомолов A.C., Ойзерман Т.И. Основы теории историко-философского процесса. М., 1983. С. 86.

Гегель. Г.В.Ф. Лекции по истории философии. Книга первая. М., 1993. С. 143 - 144.


Гегель Г.В.Ф. Лекции по истории философии. Книга первая. М., 1993. С. 145.

Боннар А. Греческая цивилизация. Т. I. От Илиады до Парфенона. М., 1992. С. 32.


были лишь перемирия, которые, как правило, нарушались. Это сформи­ровало особый характер греков, который иногда обозначают термином "агональность" (соревновательность). Греки соревновались между собой буквально во всем. Соперничество приобретало не только характер войн, но велось также в экономической, политической, культурной сферах. Своеобразной вершиной духа соревновательности становятся Олимпийские игры, в которых участвуют не только спортсмены, но и поэты, драматурги, певцы, плясуны и даже проводятся конкурсы красо­ты. При этом в большей степени ценится не материальная награда, ко­торая, впрочем, была незначительной, но слава победителя. Постепенно это формирует особое духовное состояние личности древних греков, когда стыд и нежелание человека вызвать неодобрение со стороны рав­ных себе, причем по любому вопросу, приобретают характер абсолют­ной ценности, так же как и желание проявить себя перед лицом сопле­менников с наилучшей стороны.

И наконец, в качестве важнейшей предпосылки формирования гре­ческой философии как становления свободного духа древних греков является выработанная ими такая форма политического правления, как демократия, которую Гегель оценивал как художественное произведение в политике. Хотя мы, конечно, должны оговориться, что это была демо­кратия не для всех. Так, в V в. до н.э. в Афинах жили 130 тыс. граждан, включая их жен и детей, около 70 тыс. иностранцев и 200 тыс. рабов. При этом правом голоса обладали лишь мужчины из числа граждан, то есть около 30 тыс. Это была форма эгалитарной демократии лишь по отношению к меньшинству населения, и рабство было условием данной демократии1.

И тем не менее особенности политического устройства Древней Гре­ции привели к активной политической и культурной жизни, к элемен­там демократии и публичности в принятии решений, что часто проявля­лось в виде открытых споров и дискуссий. Указанная выше агональ­ность пронизывает философию, которая принимает диалоговую форму, основанную на столкновении разных точек зрения. А это, в свою оче­редь, дает начало, с одной стороны, доказательному типу мышления, основанному на разработке разнообразных приемов и типов доказа­тельств, что позже связывается с такой философской дисциплиной, как логика. А с другой - дополняет логическое доказательство психико-

1 Боннар А. Греческая цивилизация. Т. I. От Илиады до Парфенона. М., 1992. С. 160. Избранность греческой демократии наглядно и ярко проявля­лась в отношении положения женщины в обществе, которая была, например, лишена права голоса. В структуре греческой семьи женщина занимала положе­ние первой среди служанок.


эмоциональными приемами воздействия на сознание человека, что при­водит к становлению такой дисциплины, как риторика.

Культура античности была проникнута идеей гармонии, которая распространялась также на все сферы жизни человека. Здесь не было господства, например культа грубой силы или физически бессильной интеллектуальности. Не случайно Диоген Лаэртский иронизирует по поводу Платона (от греч. платюс - широкий), настоящее имя которого было Аристокл, что еще неизвестно, получил ли он данное прозвище за ширину плеч, как победитель Олимпийских игр, или за ширину лба, как философ.

Таким образом, подводя некоторые итоги, можно сказать, что в Древней Греции становление философии было связано с рационалисти­ческим преодолением мифологического сознания. Если в мифах такие проблемы, как, например, проблема добра и зла, блага, ответственно­сти, и другие носят художественно-символический характер, что, впро­чем, не снимает момента интуитивных открытий и озарений, то фило­софия постепенно стремится их ставить в рациональной форме, обосно­вывая и доказывая выдвигаемые утверждения. Одновременно философия воспринимает такую особенность мифа, как синтетическое воззрение на мир, соединяющее в единое целое реальное и идеальное, сознательное и бессознательное, рациональное и внерапионалъное. Установка мифа на целостное понимание бытия и места в нем человека глубоко пронизы­вает философию, отличая ее уже с самого начала от дифференцирован­ного, предметного подхода наук. В философии субъект мыслительной деятельности, будучи личностью, не отбрасывается. Для философии становятся важными не только знания, но и сфера эмоциональных пе­реживаний человека, от которых человек никогда не сможет оконча­тельно освободиться.

Все это в совокупности дает нам еще один аргумент в пользу выбора именно античной философии Греции в качестве модели становления философии. Дело в том, что рационалистическая установка древнегре­ческой культуры, в центре которой находилась соответствующая фило­софия, дала начало тому, что мы сегодня называем цивилизацией. Как писал по этому поводу Андре Боннар: "...греческий народ был совер­шенно таким же народом, как и всякий другой... Его цивилизация рас­пускалась и взращивалась на том же черноземе суеверий и мерзостей, на котором выросли все народы мира... Именно этот примитивный, лег­коверный и жестокий народ изобрел... цивилизацию - нашу с вами ци­вилизацию"1. В этом плане греческая культура отразила фактор избра-

1 Боннар А. Греческая цивилизация. Т. I. От Илиады до Парфенона. М., 1992. С. 19 - 20.


ния человечеством рационально-технологического пути развития, свя­занного как с огромными достижениями, так и с просчетами, вплоть до угрозы самому существованию человечества. Нравится нам это или нет, но и сегодняшний мир развивается именно по этому пути.

Одновременно становящаяся греческая философия не абсолютизиру­ет рационалистическую установку, и в ней большое место отводится и образному восприятию мира. Перед нами своеобразное гармоничное представление о мире, о месте человека в мире. Причем гармония мира представляется почти абсолютной. Главенствует разум, с помощью ко­торого можно все объяснить и обосновать, а мир трактуется не только как нечто внешнее, но и как особое творение человека. Подобно тому как музыкант улавливает в этом мире гармонию звуков, художник -гармонию цвета, скульптор - гармонию форм, поэт - ритмику мира, философ улавливает разумность бытия, раскрывающуюся для нас в виде системы понятий и категорий, в виде разумной логики бытия.

Греки преодолевают мифологическое сознание и создают филосо­фию как некую систему абстрактных понятий, осуществив тем самым переход от мифа к логосу. В центре греческой философии стоит диа­лектика как способ мыслительного связывания в единое гармоничное целое внешне несовместимых сторон предмета или явления, противоре­чий, содержащихся в них. Мир трактуется ими как диалектическое единство идеи и материи, души и ума, является чувственно-материаль­ным и управляется космическим Умом. Философия античности натур-философична, так как установка на целостное понимание мира, при нехватке конкретного материала для связывания всего разнообразия, всей мозаики бытия требует особого связующего материала в виде Ра­зума. Античная философия дала начало развитию того, что мы называем европейской традицией в философии.







Дата добавления: 2014-10-22; просмотров: 1838. Нарушение авторских прав

codlug.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.022 сек.) русская версия | украинская версия